Oxford Street

Волгоград, пр. Металлургов, 30А
ул. Коммунистическая, 21

Помощь студенту-лингвисту

Многозначность (полисемия) слова в английском языке

Содержание

Понятие полисемии

Многозначность, или полисемия (от латинского poly – «много» + sema – «знак») — это наличие у языковой единицы более одного значения при условии семантической связи между ними или переноса общих либо смежных признаков или функций с одного денотата на другой. 

Полисемия может быть как грамматической, так и лексической. Примером первой может служить полисемия 2-го лица единственного числа русских глаголов: «Ты этого не поймешь» и «Тут ничего не поймешь» или артикля the в английском языке, выполняющего как уточняющую (The tiger was old), так и обобщающую (The tiger is a cat-like animal) функцию. Лексическая полисемия может быть определена как «способность одного слова служить для обозначения разных предметов и явлений действительности» (ЛЭС). 

Полисемия является языковой универсалией в системе европейских языков. Основана она на асимметричности языкового знака и отражает принцип экономии формальных средств при передаче максимального смыслового объема. 

Моносемия, т. е. наличие у языковой единицы одного значения, не типична для языка в целом. Однозначны главным образом термины, если они не образованы путем переноса от единиц литературного языка, или слова, заимствованные из других языков для обозначения экзотических объектов (igloo, koala). Однако и в этих сферах довольно часто наблюдается развитие нового значения. Так, один и тот же термин может оказаться многозначным даже внутри одной терминосистемы. В лингвистике таким примером служит термин «конверсия», обозначающий как «образование нового слова путем перевода данной основы в другую парадигму словоизменения», так и «одно из двух противополагаемых свойств как составляющих данную категорию». Термин «robot» в последние годы с развитием компьютерных технологий также приобрел новое значение — «a user who is actually a programme» (вспомогательная программа-пользователь). Также не однозначно экзотическое слово kangaroo — в конце XIX — начале XX в. в объеме его значения было сленговое «a all thin man, especially ill shaped and round-shouldered». 

Существование самого принципа экономии языковых средств возникает из-за несоответствия объема памяти человека количеству осваиваемой информации. Г. Уоррелл (Н. Warrel) в своей книге «Science of Human Behavior» (Warrel, 1962) приводит такие данные: 500 самых употребительных слов английского языка передают более 10 000 значений, причем чем употребительнее слово, тем более развита система его производных значений. По другим подсчетам, на одно английское слово в среднем приходится до 25 значений. В речевом акте, высказывании используется одно из этих значений. Выбор нужного подсказывается окружением слова в конкретном речевом акте, иначе говоря, полисемия нейтрализуется контекстом.

Полисемия и широкозначность

 От понятия полисемии следует отличать понятие «широкозначность». Термин был введен Н. Н. Амосовой; наряду с ним в литературе встречается его иноязычный эквивалент, «эврисемия». Некоторые авторы, например Д. Н. Шмелев, говорят о «наиболее общих лексических значениях» слова. Как мы уже видели, многозначное слово обладает в языке несколькими значениями. В условиях речевого использования выбору одного из значений способствует контекст. Широкозначное слово, напротив, вне контекста однозначно, но это единственное значение соотносится с несколькими разными объектами мысли. Слово, таким образом, имеет широкую семантическую референцию, его понятийный объем велик, а конкретное содержание уточняется (но не меняется!) в условиях речи, т. е. в контексте. Поясним сказанное примерами:

Глагол take имеет вне контекста одно значение, lay hold of smth, «приобщение объекта», которое в речи уточняется: take smth from the table — lay hold of smth with the hands; take advantage — use; take smb. else’s hat — borrow without permission; take smb home —• carry, accompany; take a cup of tea — eat, drink; take notes — make a record of smth; take smb for a fool — suppose, consider, etc. Легко заметить, что все эти уточненные значения представляют собой вариации общего широкого, а их реализация зависит от контекста и проходит так же, как и в случае многозначного слова. По сути общее широкое значение в глаголе take остается неизменным, уточняется только способ или результат «приобщения» в зависимости от сочетания, в котором используется глагол.

Сужение конкретного содержания характерно и для широкозначных существительных. Например, существительное thing обладает общим широким значением «any material or non-material object». В контексте высказывания слово попадает в сочетания, уточняющие это широкое значение: swimming things — belongings; there’s an-other thing I would like to ask you about — there’s another subject…; That only makes things worse — circumstances; You take things too seriously — events, circumstances. Контекст может усилить эмоциональные коннотации (sweet little thing — a darling) или стилистически переместить слово (см., например, сленговые употребления этого существительного в речи Холдена Колфилда, героя романа Дж. Сэлинджера «Над пропастью во ржи»).

Полисемия и контекст

Общее определение контекста

Как уже говорилось выше, выбор необходимой части объема значения многозначного слова происходит в условиях речи в зависимости от контекста (лат. contextus — «связь, соединение»). Если попытаться объединить многочисленные определения контекста, даваемые разными авторами, получится краткая формула, предложенная И. Г. Торсуевой: «Контекст — фрагмент текста минус определяемая единица» (Торсуева, 1990). Фрагмент текста, разумеется, должен включать в себя определяемую единицу, составляя ее левое и правое окружение, быть необходимым и достаточным для определения значения и не должен противоречить общему смыслу текста. Однако и в таком развернутом виде определение контекста не охватывает всех условий, в которых объем значения многозначного слова может быть уточнен. Пояснения, предлагаемые некоторыми справочниками (например, «контекст — рассмотрение единиц одного вида в соотнесении с соположенными им во времени или пространстве единицами того же вида» или «условия, особенности употребления данных элементов в речи»), представляются довольно-расплывчатыми. Наиболее подробной и непротиворечивой, на наш взгляд, является теория контекста Н. Н. Амосовой. Вкратце она сводится к следующему: многозначное слово, семантически реализуемое в речи, является ядром, вокруг которого находятся единицы-индикаторы, т. е. указательный минимум окружения, помогающего сделать нужный выбор. Контекст, по Амосовой, — это сочетание ядра и индикаторов, взаимно влияющих друг на друга (ср. с определением контекста, данным Ф. А. Литвиным, — «известные адресату из кода сведения о других элементах речевого высказывания»). В зависимости от характера индикаторов можно выделить несколько типов контекста. Прежде всего это группа лингвистических типов: лексический, грамматический и лексико-грамматический типы. Подробнее мы рассмотрим их ниже. Вторая группа типов контекста — внеязыковые условия, в которых протекает речь. Если при наличии лингвистического контекста индикаторы находятся в самом тексте и обязательно представлены языковыми единицами, то при контексте внеязыковом значение реализуется за счет чего-то, находящегося за пределами текста. Для описания условий речевого акта, не выраженных материально, Н. Н. Амосова использует термин «речевая ситуация», предлагая такие ее разновидности, как «жизненная ситуация», «описательная ситуация» и «тематическая, или сюжетная, ситуация».

Разумеется, влияние всего речевого отрезка и условий его использования на выбор необходимой части объема значения многозначного слова не столь линейно. Именно поэтому в литературе можно найти огромное количество типологий и классификаций контекста, возникающих в зависимости от целей каждого исследователя. Так, принято выделять микрон макроконтекст, где микроконтекст — это минимальное окружение единицы плюс дополнительное кодирование в виде ассоциаций, коннотаций и т. д., а макроконтекст — окружение единицы, позволяющее установить ее функцию в тексте как в целом. Говорят также об эксплицированном (эксплицитном) вербальном и невербальном и имплицированном (имплицитном) контекстах; по функциональному принципу выделяют разрешающий, погашающий, компенсирующий и другие типы контекта. У О. С. Ахмановой находим указание на такие виды контекста, как бытовой, театральный, топонимический, метафорический; совершенно особо контекст трактуется в теории литературы и исследованиях по эстетике. В наши задачи не входит полное исследование этой сложной проблемы, поэтому ограничимся описанием условий снятия многозначности, опираясь на теорию Н. Н. Амосовой и ее более поздние разработки.

Типы контекста

Прежде всего рассмотрим типы контекста, основываясь на языковых, материальных индикаторах. В зависимости от их характера различаются лексический, грамматический (у Амосовой — синтаксический) и смешанный (лексико-грамматический) типы контекста.

При лексическом типе важно лексическое значение слов-индикаторов, под влиянием которых и происходит выбор семантически связанной с ними части значения ядра. Например, прилагательное sound потенциально может быть реализовано в одном из четырех значений: 1) healthy, notinjured, hurtordecayed; 2) basedonreason, prudent; 3) capable, careful; 4) thorough, complete. В речи каждое из этих значений оказывается в окружении разных индикаторов: 1) sound mind in a sound body; sound fruit; 2) sound argument (policy); sound advice; 3) a sound tennis player; 4) sound sleep; sound thrashing. Лексическое значение индикаторов mind, body, fruit (smth that can be injured, hurt or decayed) указывает назначение ядра 1. Сема reason, содержащаяся в лексическом значении индикаторов argument, policy, advice, указывает на необходимость выбора значения 2. Подобным же образом действуют индикаторы player и sleep или thrashing.

Еще пример: существительное mouth реализуется в значении opening through which animals takefood in; space behind this containing the tongue, etc. в сочетании с индикатором dog, в лексическом значении которого есть сема animal. Другое значение mouth — opening oro utlet — реализуется в сочетаниях с лексическими индикаторами bag, cave, river, etc., объединенных семой inanimate. В лексическом контексте, таким образом, выбор значения ядра зависит только от лексического значения индикатора или индикаторов.

Грамматический контекст возникает тогда, когда в роли индикатора выступает какая-либо грамматическая функция. Так, например, значение слова ill зависит от той функции, которую оно выполняет в высказывании. Если функция предикативная (fall ill; be taken ill), значение ядра можно толковать как in bad health. В атрибутивной функции (ill luck; ill will) значение ядра — bad, hostile. Аналогичный пример — выбор значения глагола make, который в функции части составного сказуемого (make smth move) реализует значение compel, cause (They made me tell the story.), но в функции простого сказуемого с прямым дополнением означает construct or produce smth (She made coffee for all of us. Bricks can be made of clay.).

Чаще всего, однако, для верного выбора части объема значения многозначного слова используется смешанный (лексико-грамматический) тип контекста, где важно и лексическое значение, и грамматическое оформление индикаторов. Например, при одинаковой грамматической оформленности фраз Не ran a horse и Не ran the risk реализации значения make move и expose oneself to a possibility of danger способствуют лексические значения индикаторов. Однако одновременно с этим «срабатывает» и грамматический контекст — присутствие дополнения при глаголе-ядре в данной конструкции в отличие, например, от The horse ran. Также недостаточно для полного понимания высказывания It stopped to start again soon его грамматическое оформление, хотя оно и снимает часть «лишних» значений ядра stop (ср. It stopped doing smth). Необходимым оказывается еще и лексическое значение индикатора it. Если это заместитель слова с общим лексическим значением living being, реализуется значение ядра come to rest, halt (The dog stopped to start again. The tourists stopped for a night to start again in the morning.); значение it — inanimate object уточнит ядро как discontinue (The rain stopped.).

В тех случаях, когда в качестве индикатора выступает не материальный отрезок речи, а условия, в которых происходит речевой акт, мы имеем дело с речевой ситуацией или экстралингвистическим, «неязыковым контекстом. Заметим попутно, что в разных работах он может называться макроконтекстом, речевым, бытийным или тематическим контекстом. Формы речевой ситуации разнообразны. Одна из наиболее распространенных — так называемая «жизненная ситуация», т. е. внеязыковые обстоятельства, в которых употреблено многозначное слово.
Рассмотрим пример со словом table в предложении Move that table a bit to the right. В ситуации перестановки мебели значение выясняется под ее влиянием — a piece of furniture; в ситуации подготовки к выступлению, докладу это list of facts, numbers, systematically arranged (mathematical tables). Реализация нужного значения происходит с помощью не языковых индикаторов, а внеязыковой «жизненной ситуации». К обстоятельствам речи относятся также жесты, мимика, интонация говорящего.

Близкая по характеру разновидность речевой ситуации — ситуация тематическая, или, как ее часто называют, сюжетная. Индикатором, помогающим отбору, является все содержание текста, его тема. Несмотря на название, сюжетная ситуация не связана с сюжетом художественного произведения. Тема, как правило, помогает определить значение слова в специальных текстах, особенно если речь идет об использовании термина в разных отраслях. Классический пример — действие тематической (сюжетной) ситуации в роли индикатора при ядре case. В работах по грамматике слово реализует значение form of a noun or pronoun, в юридических текстах — question to be decided in a lawcourt, в медицинских — person suffering from a disease, в военном деле — operation, в финансовой тематике — actual state of affairs и, наконец, в бытовом смысле — instance or example of the occurrence of smth.
Особо выделяется описательная ситуация, когда в роли индикатора выступает не сама обстановка речи, как в первом типе, а описание этой обстановки. Частный случай описательной ситуации — авторские ремарки в пьесах, например: What a mess this table is! (bangsh is fist on it spilling the tea).

И контекст, и речевая ситуация нейтрализуют в речи многозначность слова. Если индикатор варьируется, не влияя на семантику ядра, контекст носит переменный характер. Словосочетание свободно и подчинено только общим законам сочетаемости слов в языке (aboy’s — girl’s — dog’s — cat’s mouth). Иногда индикатор и ядро образуют неразрывную смысловую связь, взаимно влияя на семантику друг друга. В этом случае контекст называется постоянным, а словосочетание перестает быть свободным и переходит в разряд фразеологических.

Полисемия как синхронное явление

 Синхронический подход к явлению многозначности призван установить, все ли значения слова одинаково актуальны на данном отрезке времени, какие из них являются второстепенными, а какое — основным.

Типы значений многозначного слова

 Семантическая структура многозначного слова, как правило, нелинейна, в ней сложно отделить значения от оттенков, дополнительных и ассоциативных значений и т. д. Принято считать, что основным значением слова является то, которое на данном отрезке времени чаще всего ассоциируется с данным звукографическим комплексом в сознании большинства носителей. Так, слово room прежде всего связывается со значением part of a flat, а значения space (no room to drop an apple) и possibility (There’s always room for improvement) возникают только в определенных контекстуальных условиях. А. И. Смирницкий ввел в научный обиход термин «лексико-семантический вариант (ЛСВ)». Под ним понимается один из структурных вариантов слова, совокупная семантика которых в случае многозначности «расщепляется» на отдельные части. Другие разновидности вариантов слова (морфологические, грамматические и словообразовательные) А. И. Смирницкий объединяет под общим названием фономорфологических. Различия между ЛСВ не касаются звукографической оболочки слова, но проявляются либо в разной сочетаемости, либо в синтаксических связях, либо во фразеологических особенностях.

Разнообразие семантической структуры многозначного слова отражается в наличии разных типов его значений. Прежде всего, принято выделять стержневое, или основное, значение слова. Именно оно служит стержнем, связывающим все остальные ЛСВ своим значением. Например, слово hand имеет в качестве стержневого значение part of the human arm beyond the wrist, а производные значения (которые также называются второстепенными) связаны с ним отношениями метонимического переноса (influence or agency; a source from which smth comes; skill; employee whoworks with his hands; applause; etc.) либо функционального сдвига (keeping; possession; responsibility; share in an activity; pointer on a watch, clock, etc.; handwriting; signature).

Стержневое значение не всегда можно четко выделить в структуре слова; особенно сложно это бывает тогда, когда стержневое и производные значения взаимно связаны причинно-следственными отношениями (to surprise: 1. give a feeling of smth sudden or unexpected; 2. come upon suddenly), но трудно определить, которое из значений является причиной, а которое — следствием. Такие слова принято называть двухфокусными. Как правило, однако, полисемия предполагает наличие одного основного и одного или нескольких производных значений слова.

Еще один аспект описания полисемантичного слова отражает зависимость реализации того или иного значения от контекста. В этом случае принято выделять свободное и связанные значения. Свободное значение чаще всего является основным и в первую очередь ассоциируется в сознании носителя языка с данным звуковым или графическим комплексом. Например, в рассмотренном выше слове room таким значением будет part of a flat. Связанные значения подразделяются на три типа в соответствии с теми элементами высказывания, которые влияют на выбор ЛСВ. Грамматически связанное значение зависит от грамматической структуры, в которой находится многозначное слово. Очень отчетливо видна такая зависимость на примере глагола make, который выступает в разных грамматических конструкциях в разных значениях: в модели V + О — construct or produce smth; e. g. make coffee, make bricks; V + О + Inf — compel, force, persuade; e. g. They made me repeat the story; V + О + С — cause smth or smb to be a particular thing or possess a particular quality; e. g. make the world a better place; make smb a star. Другой пример — реализация ЛСВ прилагательного ill в зависимости от его синтаксической функции: to be ill//an ill omen.

Лексически связанное значение многозначного слова проявляется по-разному в зависимости от того, в какую лексико-семантическую группу оно входит. Например, существительное walk реализует одно из своих значений, journey on foot, в сочетании со словами quick, lazy, morning и т. д., принадлежащими к ЛСГ «движение» или «время». В сочетании со словами, описывающими какую-то территорию, слово реализует другое лексически связанное значение, path or route (my favourite walks in the neighbourhood; a stony walk to the castle, etc.). Грамматическая модель в данном случае роли не играет, поскольку внутри одной и той же конструкции оказывается важным именно лексический признак (stony walk/quick walk).

Третий тип связанного значения носит название фразеологически связанного.
В этом случае многозначное слово входит в состав устойчивого (фразеологического) сочетания и в объеме его значения появляется ЛСВ, возможный только в окружении единиц, составляющих данное сочетание. Так, слово blank обладает свободным значением empty, но в составе фразеологических единиц blank wall, blank look, blank despair или blank verse реализует ЛСВ with no door, window, or other opening; without interest or expression; utmost; without rhyme соответственно.

Полисемия в диахроническом освещении

Исходное и производное значения

 Диахронический подход к явлению полисемии позволяет проследить накапливание лексико-семантических вариантов «сквозь время» (греч. dia — «сквозь» и chronos — «время»), от исходного значения к вторичным, производным от исходного. Например, современный носитель английского языка воспринимает глагол bandy как однозначный, выступающий в архаичных фразах (to bandy compliments, suggestions) со значением to exchange. Между тем перед нами результат вторичной номинации, т. е. развития дополнительного значения от исходного tothrow (a little ball). В данном примере исходное значение сохраняется на периферии языковой системы, в ограниченном стилистическом слое, называя устаревший денотат. Сохранение исходного значения наиболее характерно для формирования всего комплекса значений многозначного слова, однако обнаружить этот смысловой стержень не всегда просто.

Исходное значение слова может исчезнуть из живого употребления и быть выявлено только посредством анализа архаичных, застывших форм высказываний, например фразеологических единиц. Так, современное значение прилагательного quick (speedy; lasting as hort time) не является единственным в структуре этого слова. Исходное значение quick находится, если мы обратимся к устойчивым выражениям to touch to the quick и the quick and the dead, а также к наименованию ртути — quick silver. Диахронический подход помогает установить, что исходное значение слова quick — alive, перейдя в архаику, уступило место значению вторичному,
производному.

Нередки также случаи утраты исходного значения в процессе развития языка. Примером такой утраты может служить история комплекса значений слова beam: 1) line of light that shines from a torch or the sun; 2) a long thick bar of wood, metal, or concrete, esp. one which is used to support the roof of a building. Общность этих двух ЛСВ явно ощущается, но восстановить исчезнувшее исходное значение можно только диахронически, обратившись к общегерманскому периоду и сравнив английское слово beam с немецким Ваum — «дерево».

Пути развития многозначности

Исторически развитие и накапливание вторичных, производных значений шло двумя основными путями, получившими названия цепочечного и радиального.
При цепочечном пути развития полисемии каждое следующее значение развивалось из предыдущего, иногда очень далеко отрываясь от исходного. В качестве примера можно рассмотреть историю накапливания значений в слове brand.

Brand — 1) burning or charred log or stick; 2) mark made by hot iron; 3) stigma; 4) trade-mark; 5) particular kind of goods (д.-герм, brandoz: bran-pret. of brinnan — burn + suf. -do). Значения образуют как бы смысловую цепочку, логически развивая предыдущий этап. В случае выпадения какого-либо из звеньев логика развития нарушится и полисемия распадется. Другой пример — цепочка значений слова order: I) way in which things are placed in relation to one another (alphabetical order); 2) condition in which everything is carefully arranged (working order); 3) obedience to law, rules authority (keep order); 4) rules accepted (on a point of order); 5) command given with authority (obey orders); 6) request to supply goods (an order for two tons of coal); 7) written direction (bank order). Здесь, как и в предыдущем примере, выпадение одного из промежуточных значений привело бы к распаду всей системы.

Естественно предположить, что цепочечный путь развития многозначности в чистом виде встречается нечасто. Более распространен другой путь, известный под названием радиального. В этом случае исходное значение можно представить в виде некоего центра, от которого отходят радиусы вторичных, производных значений. Каждое из таких вторичных значений развивается непосредственно из исходного и не зависит от предыдущего производного. Связь между ЛСВ опосредована наличием именно исходного, стержневого значения. Так же как и цепочечный, радиальный путь развития в чистом виде встречается редко. Поэтому проиллюстрируем сказанное примером смешанного развития комплекса значений в слове step. Исходное значение (0. movement of one’s leg) выступает в качестве центра, от которого радиально отходят значения 1) one action in a series of actions to gain a purpose; 2) putting the right (or wrong) foot at the same/different time with others; 3) way of walking (as seen or heard); 4) place for the foot when going from one level to another. В то же время исходное значение (0. movement of one’s leg) и значение 3 (way of walking as seen or heard) образуют начало цепочки, следующим звеном которой становится значение 3-а (sound made by smb when walking). Аналогично развивается и радиальное значение 4 (place for the foot when going from one level to another), дополняя набор ЛСВ слова переносным значением 4-а (grade, rank, promotion).

Распад полисемии

В ходе развития значения слова в нем происходят различные процессы, влияющие на его формальную и смысловую стороны. В результате некоторых из них уже сложившаяся многозначность может подвергнуться распаду. Основными причинами распада полисемии принято считать следующие:

  1. Сформировавшиеся ЛСВ вступают в различные сочетания как грамматического, так и лексического плана. В результате уточняемые этими сочетаниями значения расходятся весьма далеко и утрачивают связь с исходным. Полисемия распадается. Примером может служить слово industry, которое в разных контекстах реализует разные, в современном языке уже не связанные семантически значения diligence (his industry and thrift) и trade or manufacture (cotton industry), а также toast (cp. A buttered toast и to propose a toast).
  2. Исходное значение устаревает, что приводит к утрате связи между производными. В этом случае чаще всего ЛСВ переходят в разряд омонимов, как в слове stock: I) share (stock exchange); 2) part of a gun; 3) family; Исходное значение (central part of a tree) устарело, связь между производными не прослеживается. При цепочечной полисемии распад может наступить в результате устаревания любого из ЛСВ. 
  3. Причиной распада полисемии исторически становилось и графическое размежевание значений. Например, этимологически восходящие к латинскому florem средне-английское и старо-французское слова flour к ново-английскому периоду разошлись орфографически в значениях «part of a plant that produces seed» (flower) и «fine meal, powder made from grain» (flour). Аналогичным образом графически разведены значения «account of real or imaginary events» (story) и «floor or level in a building» (storey) заимствованного из французского языка estoree, a building.
  4. ЛСВ получают разное семантическое развитие в английском языке, если происхождение многозначного слова находится за его пределами. Так, значения «коробка» и «растение» в слове box связаны с его этимологическим источником, а ЛСВ «вид спорта» и «удар в ухо» развились уже после заимствования слова английским языком. Необходимой для полисемии связи более не стало, и новая пара значений фактически образовала омонимическую группу.

Таким образом, существование многозначности в языке не только позволяет поддерживать принцип языковой экономии (с чем соглашаются, кстати сказать, не все исследователи), но и обеспечивает устойчивость и системность отношений между лексическими единицами языка.

Scroll Up